Дмитрий Зеленцов

О картинах Ивана Билибина

Иван БилибинВ прошлом, время от времени мне на глаза попадались картины Ивана Билибина (1876-1942), вызывая неизменную симпатию. В особенности это касалось его иллюстраций различных сказок. Теперь я, кажется, понял, что было тому причиной. Не знаю, осознавал ли это сам живописец, но своим художественным чутьём он как будто бы проник в подлинную сущность персонажей русской сказки. А познав её, постарался осторожно, в рамках вкусов своего времени передать…

О чём я? Вы никогда не задумывались, насколько страшны в действительности для обыденного (если не сказать, обывательского) сознания персонажи русских сказок, имеющие отношение к «иному миру»? Мы привыкли к добрым и даже комическим образам, например, лешего или Бабы-яги, которые с детства внушали нам советские мультики и киносказки. А теперь вообразите, например, образ последней на самом деле. Отчего, думаете, её прозвище «костяная нога»? Оттого, что она как хранитель границы нашего мира и «иного мира» обладает природой их обоих. Она – наполовину живой человек, а наполовину – мертвец или скелет. Можете представить, как бы выглядело такое существо вне мультяшного глянца???

Вернёмся к Билибину. Естественно, каноны его времени не позволяли художнику творить в духе откровенного хоррора. Но при этом, он был совершенной далёк и от противоположной, лубочной крайности. Да, иные его персонажы самую чуточку комичны, но эта комичность – лишь слабая, может, быть вынужденная попытка избежать уж слишком откровенной передачи устрашающей сущности этих персонажей. Впрочем, порой, он и не таится вовсе. Взгляните, например, на его «Водяного». Чем не «глубоководный» из рассказов Лавкрафта? Не даром ведь художников когда-то приравнивали к магам и шаманам, чьим взорам одинаково доступны миры видимый и невидимый.